мы давно хотели выпустить открытки с иллюстрациями, но всё не могли найти тот стиль работ, который откликался бы нам самим. а однажды нам написала зоя. открыли её портфолио и осознали, что искать больше не нужно.

зоя рисовала эти работы в путешествии. поездка была спонтанной — нужно было справиться с переживаниями после расставания, и за две недели она выполнила больше семидесяти набросков.

интересная особенность: на иллюстрациях нет людей — только переулки, дома, провода, старые фасады. в этой пустоте столько воздуха, что будто сам идёшь по этим местам и чувствуешь то же.

отсутствие в них выверенной точности очень подкупает — в этих несовершенствах ощущается больше жизни (с людьми ведь всё так же: несовершенства делают нас настоящими).

на обороте появилась линовка в точку: подписывать такие открытки будет особенно удобно. дарите их себе или близким, оставляя на обратной стороне что-то важное.

зоя:

«все эти работы появились в путешествии.

в конце лета я спонтанно поехала в казань — купила билет, и через сутки уже была в пути. за две недели побывала в четырёх городах, выполнила более 70 набросков.

поездка стала способом справиться с переживаниями после расставания — я ощутила, что должна двигаться куда-то. было непросто, и порой чувствовала себя одинокой и уязвимой в больших городах.

возможно, из-за этого на рисунках нет людей. иногда было так грустно, что могла расплакаться посреди улицы. от этих чувств я усиленно рисовала, чтобы отвлечься. именно на пленэре начинаешь тщательнее всматриваться в детали — время останавливается, и я фиксирую момент, консервируя впечатления.

а глядя на лист позже, ясно вспоминаю всё: людей, разговоры, погоду, музыку, запахи. например, работы с петроградки пахнут булочками.

москва и санкт-петербург меня поразили: широкие улицы, красивые дома, церкви в каждом квартале. чтобы зарисовать больше, выходила рано и проходила по двадцать тысяч шагов по незнакомым проспектам.

в этих рисунках я сохранила не только образы городов, но и свои чувства. как новое и старое соединилось на улицах, так и в них сплелись мои грусть и одиночество с удивлением и любовью».